Все новости
Статьи
13 Июля 2019, 16:00

Этнографы изучают малочисленную народность

Активисты мордовского землячества села Кожай-Максимово, проживающие теперь в Белебеевском районе стали ценными источниками информации для участников международной этнографической экспедиции.



В Башкортостане побывала группа ученых, изучающих финно-угорские народы, проживающие в нашей республике.


Уфа, Саранск, Самара и австрийский Инсбрук…


География участников экспедиции обширна, а интерес один. Они изучают малоизвестную ветвь мордовского народа, которая называется ташто-мурзы. Выходцы из нижегородских земель по свидетельствам потомков переселенцев поселились в Башкортостане еще в начале 16 века. На территории Белебеевского уезда было основано село Кожай-Максимово, (оно находится неподалеку от поселка Приютово), затем от крупного села отделилось несколько хуторов.



Первым начал изучать ташто-мурз преподаватель Самарского университета Александр Демидов, имеющий по материнской линии отношение к служилой мордве, которых прозывали мурзами.


– Я думал, что мурзы уже ушли, деклассировались, – говорит Александр. – В архивах есть дела, но сегодня никто с ними себя не идентифицирует. Из доклада коллеги из Уфы, доктора исторических наук, главного научного сотрудника института этнологических исследований им Р. Г. Кузеева УНЦ Российской академии наук Рануса Садикова, опубликованного в интернете, узнал, что в Башкортостане есть два села, выходцы из которых считают себя мурзами.
На многие вопросы Александра Демидова смогла дать ответы Галина, но подлинную информацию можно получить только от тех, кто помнит сельский уклад, кто вырос в селе, раскинувшемся на благодатном месте у реки, под горой.



Вера Иванова, Юрий Тимофеев и Надежда Бочкова с волнением ждали гостей, в ожидании вспоминали интересные факты из истории села, ушедших в мир иной родителей и бабушек.



Галина Альбертовна, единственная из гостей, владеющая мордовским языком, с удовольствием говорила на нем с Надеждой Сергеевной, расспрашивая о мельчайших подробностях быта, о том, как называли мурзы картошку, морковь и рыбу, как сватали девушек и праздновали Троицу.


– Особенностью говора мурз является большое количество заимствованных русских и тюркских слов, которые произносятся на особый манер, поэтому наши земляки – мордва-эрзя смеются над нашим произношением, говорят: «Какие вы эрзя, вы мурзы!», – улыбается Надежда Сергеевна.
«У мурз до сих пор матриархат!»


Встречали участников экспедиции в окрестностях села Кожай-Максимова, на территории, которой, возможно, предстоит стать национально-культурным центром землячества. Помимо церкви Козьмы и Демьяна, которая относится к приходу…храма г. Белебея, здесь силами выходцев из села построена небольшая гостиница, домик для трапезы, баня, проведен водопровод.



Угощения были приготовленные национальные: пироги с лесными ягодами и сытная пряка с ливером и картофелем, уха из форели, которую разводят в студеной воде Ика, чай на целебных травах, в изобилии растущих в окрестностях села.


– Дедушки с детства учили нас разбираться в травах, мы знали, какая из них помогает справиться с той или иной болезнью, – говорит потомок старинного мордовского рода Юрий Тимофеев.
Но для гостей очень интересны были детали быта, обычаи и обряды, которые помнят активисты землячества. О них также поведал Юрий Владимирович:


– В нашем селе сочетались христианские нормы поведения и языческие обряды. В Новый год молодежь наряжалась харями*, делали из палок и тряпок аргумака** и с шумом гуляла по улицам озоруя и хохоча. Случайных прохожих валяли в снегу, подшучивали над ним. Но на Рождество обязательно мылись в бане и шли в церковь, исповедовались и причащались. Вот так чтили обычаи предков и были добрыми христианами.
Очень заинтересовали гостей рассказы о свадебных обрядах и обычаях эрзя-мурз. О них рассказали Надежда Бочкова и Вера Иванова:


– У нас до сих пор матриарахат, – улыбается Надежда Сергеевна. – Нее редкость, когда жена старше мужа. Дети всегда подчиняются материнскому решению. Бывало, дружат самая красивая девушка и самый видный парень. Он уже обещает заслать сватов к родителям любимой. Но на утро видят люди такую картину: мать ведет сына в дом, где живет девушка-сирота или невзрачная скромница. И сын покорно женился на ней, подчиняясь воле матери. И разводов не было у нас. Односельчане наперечет помнят имена тех, кто первым развелся. И те браки были с представителями других национальностей.
Вера Иванова вспомнила, как встречали в доме девушки сватов:


– Половина стола была накрыта, а вторая пустая, даже скатерти на ней не было. Так сватам давали понять, что их визит был неожиданным, гостей в доме не ждали, не готовились. И лишь когда удавалось сговориться, расстилали скатерть на всю столешницу, приносили посуду и блюда для гостей. У свахи было и особое украшение, которое делали из кусочков гусиного пера и нарезанных узкими полосками тканей.
Инициатор экспедиции – преподаватель Инсбрукского (Австрия) университета Татьяна Миннияхметова выразила надежду на плодотворное сотрудничество активистов землячества с учеными.


– Возможно в этнографии появится новая наука – мурзология. А если серьезно, то сведения, которые сохранены не только в памяти уроженцев села, но и книге Надежды Бочковой имеют очень большую историческую и этнографическую ценность.
Этнографы заверили, что с результатами своих исследований они обязательно познакомят подписчиков газеты «Белебеевские известия».


* Харя – наряд, который надевали ряженые во время колядования


** – Аргумак – костюм, в котором два человека изображали лошадь
Читайте нас в