«…И не каждый день светило солнце»

У этих людей есть имена и фамилии, которые никто не знает. Их зовут БОМЖ, и имя это такое же мерзкое, как и вид их, и запах. И страшное…

Герои спектакля «За чертой детства», поставленного режиссером Валентиной Пашиной и сыгранного юными актерами образцового литературно-поэтического театра «Афродита», тоже бомжи. Только они – дети!

Хохотнули только раз. В начале

Признаться, многим взрослым неуютно в зрительном зале, где большинство – подростки. Они шуршат и шушукаются, не выпуская телефоны из рук, листают новостную ленту.

Но в этот раз привычная для подростковой аудитории «озвучка» быстро стихла. Хохотнули один раз, услышав «накумариться» в разговоре главной героини – Стихоплетки (Милана Подопригора), Шпингалета (Алексей Трошкин) и Кролика (Илья Кирин).

Такой откровенный разговор героев пьесы про наркотики, когда подростки спокойно обсуждают, кто и сколько «принял», стал той самой кнопкой «вкл» для зрителя. Именно в тот момент в зале наступила тишина. Началось путешествие в особый мир – за черту детства.

Действие пьесы, написанной Валентиной Пашиной под впечатлением случайной встречи с мальчишкой-беспризорником на вокзале во Владимире и общением с компанией его друзей по несчастью, разворачивается на косогоре, где собираются дети-бродяги после трудового дня, и в подвале, который стал для них домом.

Беспризорникам действительно приходится весь день «работать». Только труд их непродуктивен, все усилия направлены на то, чтобы добыть пропитание и деньги для общей кассы.

Те, кто помладше и поартистичнее, попрошайничают, кто постарше – воруют, а «воровать – хуже, чем работать. Когда работаешь, не боишься…»

– Где я сегодня только не был, – рассказывает о своем дне Кроха (Иван Трошкин). – На рынке, в универмаге, в столовой, в музее. Нажрался, во! До отвала!

А вот в доме матери, к которой Кроха бегает чуть ли не каждый день с тайной своей мечтой, его никто не накормил. Наверное, неслучайно эту женщину лишили материнских прав, а мальчишку отдали в детдом.

У Макса свои законы

Есть в этой детской коммуне лидер, вожак – Макс (Илья Гришин). Именно ему, скрывающемуся в подвале от полиции, сдают они свою дневную выручку. Он еще молод, но у него уже сложилось твердое убеждение:

– А вот скажите, как нам, бездомным, жить и не воровать?

Сейфом для общей кассы Макс сделал символ домашнего уюта – самовар. Он мечтает собрать побольше денег, чтобы всей компанией уехать на море, туда, где тепло. А пока они живут в холодном подвале, который называют своим домом и стараются сделать уютным.

Марго (Яна Смирнова) отклеивает с рекламных тумб афиши и украшает ими стены. Энштейн (Алексей Трошкин) тащит с помоек аппаратуру и ковыряется в стареньких магнитофонах и электросхемах. Вместо кровати у Крохи огромная мягкая игрушка – тигр, ставшая такой же ненужной, как и сам энергичный и добрый мальчишка, мечтающий, чтобы звали его по имени – Иваном. Ника задумчиво перебирает струны гитары, как на семейных посиделках.

Макс – самый старший в этой компании, он и устанавливает законы, обязательные для всех. По очереди назначает дежурных, которые наводят порядок в подвале. Строго следит за тем, чтобы ребята не употребляли наркотики. Хотя те, кто постарше – Ника (Дана Кузембаева), Санек (Егор Лихватский), Марго, частенько нарушают этот запрет. А вот Стихоплетка – молодец, бросила, и держится.

«Это, выходит, что мы какие-то плохие?»

Приготовившись увидеть темную сторону человеческой жизни, существование выброшенных на обочину и ненужных никому ребят, зритель понимает: они такие же, как мы. Умеют дружить и стараются помочь слабому, умеют радоваться и сопереживать.

Они храбрятся, декламируя: «С житухой домашней, давно мы в завязке/ Забыли хорошие, добрые сказки./ Бездомные мы, но не пропадем,/ Ведь дружной семьей в подвале живем./ Один за всех, и все за одного!»

Несмотря на эту браваду, укладываясь на ночлег, ребята жмутся друг к дружке как бездомные щенки, а во сне улыбаются – в эти часы они счастливы, они – дети. Каждому грезится что-то хорошее.

Но вопрос: «Почему я никому не нужен?» – они задают себе постоянно. И еще один: «Это, выходит, что мы какие-то плохие?».

Первое впечатление зрителей о героях пьесы постепенно меняется.

Макс после смерти матери бросил школу, дрался, воровал. Во время обыска в квартире ему подкинули наркотики. Так парень получил срок, а кто-то – бесплатную квартиру: быстро сработали риэлторы.

Порывистая цыганка Кармен (Арина Галимова) осталась одна, чудом спаслась, когда ее соплеменников перебили и разогнали.

Ника ушла из дома, потому что родители хотели отправить ее в клинику, лечиться от зависимости. Марго обижали в детском доме – сбежала. Кроха и Шпингалет – сироты при живой матери.

Только мечтательная Стихоплетка, по мнению товарищей, счастливица. Мама у нее умерла, но есть родной отец, значит, она хоть кому-то нужна. Вот только отец часто уезжает, а в это время в доме хозяйничает его новая жена, которая «ходит в мамином халате, спит в маминой постели. А пока отец вкалывает, с хахалем молоденьким по ресторанам…».

Постепенно, по ходу действия, с маленьких бродяг, одетых в чьи-то обноски, как будто слетала грязная чешуя. Светлеют их лица, наполняются надеждой сердца. Хотелось сказать им:

– Это не вы плохие, ребятки. Это взрослые, не сумевшие принять вас как дар, как свое продолжение в этом мире. Взрослые, слепые душой, черствые сердцем, ненасытные в страстях своих…

И несмотря ни на что, дети мечтают. О том, что у них будет свой дом, а Шпингалет – о породистой собаке.

И Стихоплетка мечтает, даже уверена, что напишет когда-нибудь книгу о ребятах, живущих в подвале. Все вместе они придумывают ей название.

– У нас нехорошее детство. У некоторых нет родителей, а некоторые и с родителями, как без родителей. Мы живем не так, как должны жить дети. Мы не поддаемся, но, если честно, всем нам плохо…за чертой детства, – наконец-то смогла выразить свои чувства юная поэтесса.

Все оборвалось воем сирен, разбудившим таких счастливых во сне детей. Они заметались в подвале, как в клетке, но из него, как и в их жизни, не было спасительного выхода. После рейда полиции кого-то вернули в детдом, кого-то отправили в спецприемник, у кого-то нашли родителей.

За занавесом

Вместе с подростками, которые на выходе из зрительного зала разговаривали в этот раз непривычно тихо и почти не смеялись шуткам друзей, вышли и взрослые мужчины. Рамил Хайруллин, отец четверых детей, признался:

– Мы ради этого спектакля сегодня два с половиной урока прогуляли. Но не зря!

Его сыновья Данияр и Эмир – под большим впечатлением:

– Жалко ребят, – разговорился Данияр, – никому они не нужны, раз родителей нет. Им и живется так плохо, потому что бездомные. А дома ведь хорошо…

Рамил и его товарищ Михаил Бочков единодушны:

– И в семье, и в жизни, и в обществе не должно быть столько агрессии. Она ведь против людей оборачивается.

А Михаил добавил:

– И к тому, чтобы стать родителями, с детства нужно готовить, воспитывать! Чтобы никто больше не оказался за чертой детства…

Врез или эпиграф:

Пусть выносит вердикт свой Божественный суд…

Тем, чьи дети в подвалах, на вокзалах живут.

Справедливым пусть будет нам, взрослым, укор…

Что своею рукою пишем им приговор.

А ведь, если не мы, кто их души спасет?

Огонек доброты кто в сердечках зажжет?

Надо в колокол бить! Поздно будет потом.

У детей должен быть родительский дом!